PPLI, траст, брокерский счёт, КИК и фонд: сравнение способов структурирования активов

— PPLI(Private Placement Life Insurance), траст, КИК (Контролируемая иностранная компания), фонд и брокерский счёт решают разные задачи и не являются прямыми аналогами.

— Брокерский счёт удобен для инвестирования, но не всегда решает вопросы наследования, защиты активов, налогового планирования и санкционных рисков.

— Траст может быть эффективен для наследственного и династического планирования, но требует правильной юрисдикции, независимого управляющего и аккуратной настройки контроля.

— КИК и частные компании удобны для владения активами и бизнесом, но обычно требуют отчётности и не всегда дают защиту активов.

— Фонды и VCC (Variable Capital Company – Компания с переменным капиталом) могут использоваться для более сложных инвестиционных и семейных структур, но требуют профессионального администрирования.

— PPLI может объединять инвестиционный портфель, страховую оболочку, наследственное планирование и налоговую отсрочку, но его результат зависит от юрисдикции, договора, налогового статуса клиента и структуры активов.

— В сложных случаях чаще используется не один инструмент, а гибридная структура: например, PPLI + траст, PPLI + PIC (Private Investment Company – частная инвестиционная компания) или PPLI + Фонд.

— Перед выбором структуры важно проверить налоговые последствия, CRS/FATCA-отчётность, правила КИК, санкционные ограничения, комплаенс и условия конкретного страхового договора.

Важно: статья носит информационный характер и не является индивидуальной финансовой, инвестиционной, налоговой, юридической или страховой рекомендацией. Применимость PPLI, траста, КИК, фонда или брокерской структуры зависит от юрисдикции, налогового резидентства, типа активов, условий договора, источника происхождения средств и целей семьи.

Подробнее: PPLI: что это, как работает и кому подходит (полное руководство)

В этой статье мы сравниваем PPLI, траст, брокерский счёт, КИК, фонд и гибридные структуры с точки зрения владения активами, наследования, налогового планирования, защиты от претензий третьих лиц, конфиденциальности, комплаенса и санкционных рисков.

Материал будет полезен владельцам международных инвестиционных портфелей, предпринимателям, семьям с активами в нескольких странах и тем, кто выбирает между прямым владением активами и структурированием через страховой полис, траст, компанию или фонд.

Для начала не лишним будет пройтись в общих чертах по структуре PPLI и ее участниках:

• Страхования компания: владеет активами в полисе и является его администратором;
• Держатель полиса: сам клиент. Может являться физическим или юридическим лицом;
• Застрахованный: один или несколько человек одновременно;
• Управление активами: со стороны кастодиана или доверительный управляющий;
• Кастодиан: может выступать банк, брокер и/или криптовалютная биржа. В зависимости от типа размещаемых активов;
• Выгодоприобретатели: физические или юридические лица (например члены семьи застрахованного, траст или благотворительная организация);
• Холдинговая компания, на балансе которой находятся активы самого разного вида, включая бизнес или недвижимость, помещается внутрь полиса PPLI.

Во многих юрисдикциях правильно структурированный PPLI может позволять отложить налогообложение инвестиционного дохода внутри полиса до момента вывода средств или наступления страхового события. Так, например, если внутри полиса находится брокер, то налог с дохода от роста стоимости портфеля платить не нужно. Однако налоговый режим зависит от страны налогового резидентства клиента, условий договора, структуры инвестиций и применимых правил контроля над активами.

При использовании контрактов PPLI, в большинстве юрисдикций и стран мира налог по передаче активов по наследству в результате триггерного события не платится, так как процесс передачи активов считается страховой выплатой.

К таким полисам можно оформить дополнительную страховку жизни на любую сумму от $50.000 до $100+ млн. (ограничений нет), которая может решить самые разные задач:

• Увеличения наследства: к сумме размещенных в полисе активов прибавится сумма по страхованию жизни. Все это также перейдет наследникам;
• Эквализация наследства: клиент может упаковать бизнес в PPLI структуру и передать его по наследству без налогов в адрес одного бенефициара, а стоимость бизнеса оформить в виде страхования жизни (открыв полис на сумму стоимости бизнеса) и передать его другому бенефициару. Или разделить эту выплату в нужных пропорциях между несколькими. Это позволит гарантировать справедливый объем наследуемых активов в адрес нескольких бенефициаров;
• Прочие задачи, которые потребуют фондирования крупной суммой (благотворительный фонд, семейный траст).

В страховых структурах выплата бенефициарам может проходить быстрее, чем классическая процедура наследования через суд или завещание. На практике срок зависит от страховой компании, полноты документов, проверки бенефициаров, комплаенса и законодательства конкретной юрисдикции.

В типичной PPLI-структуре юридическим владельцем активов выступает страховая компания, а владелец полиса имеет договорные права по полису. При этом порядок распоряжения активами, инвестиционная политика, роль управляющего и ограничения на действия страховой компании определяются условиями договора, инвестиционным мандатом и применимым регулированием.

Вот какие особенности страховых контрактов распространяются на PPLI полисы:

Благодаря опыту нашей команды, которая работает по всему миру и опыту наших партнеров (всегда спасибо им за него), мы имеем возможность сравнить и проанализировать существующие сегодня возможности по структурированию активов, доступные в зависимости от юрисдикции и резидентства.

Стоит оговориться, что сравнивать PPLI, траст, иностранную компанию и фондовые структуры корректно только тогда, когда мы понимаем, какую именно задачу решает клиент. На практике один и тот же инструмент может показывать разный результат в зависимости от юрисдикции, налогового резидентства, состава активов, семейной ситуации и горизонта планирования. Поэтому вопрос здесь не в том, какая структура «лучше вообще», а в том, какая из них лучше подходит под конкретную цель.

Траст обычно рассматривается как инструмент для долгосрочного владения активами, передачи капитала между поколениями, разделения ролей между участниками структуры и, в ряде случаев, для дополнительной защиты активов. Особенно важен он там, где семья хочет заранее определить порядок владения, управления и распределения капитала на длительный срок.

При этом траст не стоит воспринимать как универсальное решение. Его результат зависит от юрисдикции, типа траста, условий трастового документа, роли trustee, наличия protector и применимого права. В одних случаях траст действительно помогает выстроить устойчивую структуру на поколения вперёд, в других — может оказаться слишком жёстким, дорогим или не дать ожидаемого защитного эффекта, если создан поздно или в неподходящей юрисдикции.

Подробнее – Траст: что это и как работает — полный гид по видам, юрисдикциям и рискам (ведет на наш другой сайт).

Иностранные компании могут использоваться для ведения бизнеса, международного владения активами и инвестиционной деятельности. Однако важно разделять саму компанию как юридическую оболочку и правила КИК как налоговый режим, который может применяться к такой компании в стране налогового резидентства владельца. Иными словами, КИК — это не отдельный «вид структуры» в том же смысле, что траст или фонд, а налоговая квалификация иностранной компании в рамках controlled foreign company rules.

Поэтому иностранная компания может быть полезной для владения активами, бизнеса или инвестиций, но её налоговый эффект всегда нужно оценивать через призму местных правил КИК, распределения прибыли, отчётности и контроля со стороны владельца. В одних случаях такая структура может быть рабочей и рациональной, в других — создавать дополнительную налоговую нагрузку и административные обязательства.

Фондовые структуры могут использоваться для коллективного владения активами, более сложной инвестиционной архитектуры и централизованного управления капиталом. При этом фонд не стоит описывать как универсальный инструмент защиты или конфиденциальности. Его свойства зависят от юрисдикции, регулирующего режима, структуры участников, правил раскрытия информации, требований к конечным бенефициарам и общего уровня комплаенса. Фонд может быть очень сильной инвестиционной оболочкой, но далеко не всегда сам по себе решает наследственные, семейные или защитные задачи.

На практике для таких задач часто рассматривают Сингапур, Каймановы острова и Люксембург, поскольку это крупные и хорошо известные международные центры фондовых решений.

Сингапурские фонды: Сингапур является одним из крупнейших финансовых центров в мире и привлекает много инвестиций. Фонды, зарегистрированные в Сингапуре, могут предлагать широкий спектр инвестиционных стратегий, включая акции, облигации, недвижимость и другие активы. Они подчиняются местному регулированию и законодательству.

Фонды на Каймановых островах: Каймановы острова часто используются для создания фондов из-за своего более мягкого налогового законодательства и высокой степени конфиденциальности. Фонды на Каймановых островах могут предлагать такие преимущества, как отсутствие налога на прибыль, повышенная конфиденциальность владельцев. Однако они также подчиняются строгому финансовому регулированию;

Фонды в Люксембурге: Люксембург является одним из ведущих финансовых центров в Европе и мировом центре для инвестиционных фондов. Фонды в Люксембурге часто выбираются благодаря своей стабильной правовой системе, благоприятному налоговому режиму и высоким стандартам регулирования. Они могут предлагать различные виды активов и стратегий инвестирования.

• КОНФИДЕНЦИАЛЬНОСТЬ.

Если смотреть на эти структуры с точки зрения конфиденциальности, PPLI действительно часто оказывается одним из наиболее аккуратных способов владения активами по сравнению с прямым личным владением через банковский или брокерский счёт. Как мы уже упоминали выше, это связано с тем, что во внешних отношениях владельцем базовых активов может выступать страховая компания, а сам клиент владеет правами по полису, а не активами напрямую.

При этом важно понимать, что конфиденциальность не означает отсутствия обязательной отчётности. Полисы с денежной стоимостью могут подпадать под правила CRS и рассматриваться как финансовые счета, а объём раскрытия зависит от юрисдикции, статуса страховщика, структуры полиса и налогового резидентства владельца полиса и иных контролирующих лиц. Поэтому PPLI корректнее описывать не как «непрозрачную» конструкцию, а как форму владения, которая в ряде случаев может давать более высокий уровень приватности по сравнению с прямым владением активами.

Далее в таком сравнении обычно находится траст, особенно если речь идёт о безотзывной конструкции. Такой траст действительно может обеспечивать более высокий уровень приватности, поскольку функции владения, контроля и распределения активов разведены между несколькими участниками структуры. Но это почти всегда означает и более ограниченный прямой контроль со стороны учредителя, а итоговый результат зависит от текста трастового документа, роли trustee, правил о раскрытии информации и местного регулирования.

Иностранные компании и фондовые структуры нельзя корректно описывать ни как полностью «прозрачные», ни как полностью «закрытые». Уровень раскрытия там зависит от юрисдикции, правил о конечных бенефициарах, корпоративной и налоговой отчётности, а также требований по комплаенсу. Например, и фондовые, и корпоративные структуры в современных финансовых центрах всё чаще существуют в рамках режимов раскрытия конечного бенефициара и AML/CFT (Anti-Money Laundering / Countering the Financing of Terrorism – противодействие отмыванию денег / противодействие финансированию терроризма).

ЗАЩИТА АКТИВОВ: ни фонд ни КИК не защищены от претензий со стороны третьих лиц, субсидиарной ответственности и развода супругов. Кроме того, всегда присутствуют резидентские риски. ТРАСТ может обеспечить в этом смысле высокую защиту, но, в зависимости от юрисдикции, в которой он будет учреждаться. Так, срок, в течение которого кредитор ещё может оспаривать передачу активов в траст, нередко составляет от 18 месяцев до 4 лет. Поэтому вопрос "тайминга" (момента, когда вы создаете структуру) здесь критичен: чем позже создаётся структура, тем слабее может быть её защитный эффект.

Как пример: если супруги развелись и один из супругов вскоре учредил траст, поместив туда активы с целью защиты их бывшего супруга, траст не позволяет быстро сделать это. Срок его существования должен пройти довольно большой.

То же самое относится и к PPLI. Полис может обеспечивать более высокий уровень структурной защиты по сравнению с прямым владением активами, поскольку активы встроены в регулируемую страховую оболочку. В ряде юрисдикций такой эффект действительно может возникать быстрее, чем в некоторых трастовых конструкциях. Объём защитного эффекта зависит от юрисдикции, условий полиса, времени его создания, происхождения средств, характера претензий и соблюдения правил комплаенса.

Трасты в азиатских юрисдикциях (Сингапур, Гонконг) – одно из самых плохих решений для защиты части совместного имущества, помещенного в траст после заключения брака и брачного соглашения. Если это было сделано до брака, то все будет хорошо, защита сработает. Но в целом, для защиты активов (не только при бракоразводном процессе), азиатские юрисдикции - не лучшее решение. Лучше выбрать те, где первоначальный период будет короче.

Даже полисы PPLI в сингапурской юрисдикции ведут себя жёстче. Так, например вам нужно будет указать безотзывных (неизменяемых бенефициаров) для того, чтобы спроектировать контракт. Тогда юридически вы сделаете защиту активов особенно сильной. Это создает определенные неудобства, поскольку обычных бенефициаров вы можете поменять когда угодно и сколько угодно раз, а неизменяемых бенефициаров также можно заменить, но с их согласия. Так что если вы хотите структурировать свои активы через PPLI именно в Сингапуре, тогда учитывайте этот момент или выберите себе любую другую юрисдикцию, где таких требований нет.

Важно понимать, что несмотря на короткий период, после которого наступает защита, не сработает никакая мошенническая схема, когда в полис пытаются поместить средства полученные незаконным путем. Мошенничество - не имеет срока давности для страховых. Также может не сработать "спешная" упаковка активов в приближении судебного разбирательства.

Самая лучшая стратегия - это заблаговременная защита понятных активов, происхождение которых вы можете объяснить.

Если обобщить,

✔️ PPLI часто оказывается очень сильным инструментом, особенно когда задача одновременно включает конфиденциальность, инвестиционную оболочку, наследственное планирование и защиту активов;

✔️ Траст остаётся важнейшим инструментом для межпоколенческого владения и долгосрочного распределения капитала;

✔️ Иностранные компании и фондовые структуры могут быть полезны для бизнеса, инвестиций и управления активами, но не всегда решают наследственные и защитные задачи сами по себе.

Прочитайте разбор кейса про траст, когда структура не сработала из-за плохого "тайминга" ее создания и еще целого ряда ошибок в нашей статье "Ошибки при создании Траста: как создать структуру, которая выстоит и защитит активы"

НАЛОГОВАЯ ОПТИМИЗАЦИЯ.

Если смотреть на структуры через призму налогов, то здесь важно разделять две задачи: что происходит с активами при жизни владельца и что происходит при их передаче следующему поколению.

Если говорить о трастах, то их сильная сторона обычно не в том, что они «убирают налоги», а в том, что при грамотной настройке могут сделать налоговый результат более управляемым: где-то снизить нагрузку, где-то отложить её, где-то аккуратнее организовать саму передачу активов. Но траст не стоит воспринимать как универсальную кнопку налоговой экономии. В ряде случаев он, наоборот, может создать дополнительные вопросы, особенно если в конкретной юрисдикции такая структура фактически начинает восприниматься как контролируемая иностранная конструкция со всеми вытекающими последствиями.

Иностранные компании и фондовые структуры тоже могут давать налоговые преимущества, но здесь результат почти всегда зависит от страны, резидентства владельца, состава активов и того, как именно устроена сама структура. То есть возможности для налогового планирования там есть, но они не возникают автоматически просто потому, что активы были перемещены в компанию или фонд.

На этом фоне PPLI нередко выглядит сильнее, потому что объединяет в одной оболочке сразу несколько вещей: инвестиционную часть, порядок передачи активов, страховой элемент и в ряде случаев — более благоприятную налоговую механику по сравнению с прямым владением. Важный плюс PPLI в том, что при правильной настройке он позволяет не просто держать активы внутри страховой структуры, но и заранее выстроить логику их передачи бенефициарам.

Практически это означает следующее: если у полиса корректно настроены бенефициары и сама договорная архитектура, именно условия полиса будут играть ключевую роль в вопросе распределения страховой выплаты (в виде денежных средств или неликвидных активов). Поэтому в реальной жизни распределение активов по полису может пойти не по общей наследственной логике, а по той карте преемственности, которая заранее встроена в сам контракт. Именно здесь PPLI часто оказывается интереснее обычного набора из счёта, завещания и последующего наследственного процесса.

Если же говорить о налогах в период жизни владельца, то инвестиционная часть PPLI во многих случаях позволяет отложить текущее налогообложение дохода внутри полиса до момента вывода средств или иного события, предусмотренного договором. Для клиентов с крупными портфелями это может быть очень существенным преимуществом, потому что сама инвестиционная оболочка начинает работать иначе, чем при прямом владении активами. Дополнительно в некоторых конструкциях появляется возможность получать ликвидность через займ под полис, а не через прямую продажу активов, и это тоже меняет налоговую картину. Но здесь всегда важны условия конкретного договора и правила той юрисдикции, в которой живёт клиент.

Ну и подытоживая эту главу, еще раз повторимся, что в контрактах PPLI есть возможность сопроводить активы дополнительной страховкой, которая может решать самые разные задачи при распределении и передаче активов.

ДИНАСТИЧЕСКОЕ ПЛАНИРОВАНИЕ.

Если семья думает не на один шаг вперёд, а на несколько поколений, то одного инструмента обычно бывает недостаточно. Для таких задач почти всегда нужна комбинированная структура, где разные элементы отвечают за разные функции: один — за владение активами, другой — за передачу, третий — за управление, четвёртый — за гибкость в работе с семейным бизнесом или капиталом.

В такой логике PPLI часто становится отправной точкой. Через него владелец активов может отделить от себя часть капитала, встроить понятную карту бенефициаров и задать базовую механику будущей передачи. Но дальше эта конструкция нередко становится частью более крупной системы, в которую могут добавляться трасты, семейные фонды и другие элементы, если задача семьи выходит за рамки простой передачи инвестиционного портфеля.

Это особенно заметно там, где речь идёт не просто о деньгах на счёте, а о стратегическом семейном капитале: долгом инвестиционном резерве, семейном бизнесе, холдинговой структуре, распределении ролей между поколениями, правилах доступа к капиталу и механике принятия решений. В таких кейсах уже недостаточно просто назвать бенефициаров. Нужна структура, которая не только передаст активы, но и удержит логику управления ими после смены поколения

Именно поэтому здесь редко бывает один универсальный фаворит. PPLI может быть очень сильной базой, траст — отличным инструментом для долгого удержания и распределения капитала, фонд — удобной оболочкой для семейного управления и бизнеса. Итоговое решение почти всегда собирается как паззл: из инструментов, которые лучше всего отвечают на конкретные задачи семьи.

Мы всегда стараемся доносить следующую важную мысль до людей: финальное решение(я) в их финансовой стратегией это далеко не всегда какой-то один инструмент. Нет. Мир становится сложнее с каждым днем, задачи становятся сложнее в унисон миру и нередко мы разрабатываем для клиента гибридные решения, каждая часть из которых будет эффективно решать подзадачу внутри общей задачи. Финансовое планирование в разрезе подбора решений - это зачастую их "жонглирование".

И без того глубокая нормативно-регуляторная база становится еще сложнее - CRS обмен, правила КИКов, тесты на экономическое присутствие и многое другое. Все это приводит к тому, что традиционные способы - трасты и оффшорные компании, которые еще вчера могли запросто закрыть Ваш вопрос, сегодня справляются с этим все хуже и хуже в одиночку. А то и вовсе нет.

PPLI в этом смысла обладает не только собственной гибкостью, но и увеличивает возможности традиционных структур, если работает с ними в паре. Вот почему как один из эффективных вариантов организации активов под вашу задачу - создание гибридной структуры, которая будет включать в себя и компанию и PPLI контракт.

Ниже на иллюстрации вы видите, что клиент открывая полис PPLI помещает внутрь него самостоятельную компанию (например оффшорную), внутри которой на балансе могут находиться активы самого разного типа: ценные бумаги, денежные средства, неликвидные активы и многое другое.

В такой связке КИК используется как весьма удобный способ хранения активов, пусть и с ограниченными преимуществами, но к нему в пару приходит PPLI, который "отключает" клиента от базовых активов и защищает от кредиторов, а в качестве финансовых преимуществ упрощается отчетность и увеличивается прибыль компания за счет того, что доход не облагается налогом.

В PPLI клиент прописывает своих наследников (которые также защищены конфиденциальностью), решая таким образом одним разом сразу несколько важнейших задач: налоговая оптимизация, преемственность, защита от 3-х лиц. Все то, что мы обсуждали выше.

Подробнее: Кейс: налоговая эффективность PPLI при международной структуре с фондом и PIC

КОНФИДЕНЦИАЛЬНОСТЬ ВЛАДЕНИЯ АКТИВАМИ.

В отдельных случаях связка PPLI и трастовой структуры может обеспечивать более высокий уровень конфиденциальности по сравнению с прямым владением активами через личные счета или компании. Это связано с тем, что права на активы и порядок их удержания распределяются между несколькими элементами структуры: страховой компанией, кастодианом, трастовой конструкцией и условиями самого полиса.

При этом важно понимать, что конфиденциальность не означает отсутствие комплаенса, идентификации клиента или обязательной отчётности. Степень раскрытия информации зависит от юрисдикции, структуры полиса, роли траста, правил AML/KYC, CRS/FATCA и требований конкретных участников структуры. Поэтому корректнее говорить не о “полной скрытности”, а о более аккуратной и профессионально выстроенной архитектуре владения активами.

ПЕРЕДАЧА АКТИВОВ.

Если задача предполагает межпоколенческую передачу активов, траст может быть назначен как владельцем полиса, так и его бенефициаром. Существуют и специальные трастовые решения для владения полисами страхования жизни. Чаще всего речь идёт о классических полисах, однако при правильной настройке PPLI также может быть встроен в трастовую структуру.

В такой конфигурации полис и связанные с ним активы могут переходить не через стандартную наследственную процедуру, а в рамках заранее заданной трастовой архитектуры. Это не гарантирует автоматического отсутствия налогов (всегда нужно смотреть какие юрисдикции участвуют), но в ряде случаев может улучшать порядок передачи капитала, делать его более предсказуемым и облегчать долгосрочное семейное планирование.

Для состоятельных семей связка траста и PPLI может быть полезна там, где важно не только передать активы следующему поколению, но и сохранить правила владения, управления и распределения капитала на длительный срок. Если структура выстроена корректно, она может дать более понятную карту преемственности и упростить межпоколенческую передачу активов по сравнению с прямым личным владением.

Когда траст выступает владельцем полиса, в трастовой документации обычно имеет смысл заранее определить, как ДУ должен обращаться с таким активом, в какой степени он обязан контролировать структуру и в каких случаях должен вмешиваться. Именно поэтому в современных трастовых документах нередко подробно описывают пределы ответственности трасти за действия или бездействие в отношении активов, находящихся внутри траста или связанных с ним структур.

Отдельный вариант — когда траст выступает не владельцем полиса, а его бенефициаром. Такая модель во многих случаях позволяет упростить распределение ролей внутри структуры: трасти не управляет самим полисом как актив траста на протяжении всего срока его действия, но при наступлении предусмотренного договором события страховая выплата или иные причитающиеся средства поступают в траст и далее удерживаются в нём либо распределяются между бенефициарами в соответствии с условиями траста и полиса. В этом смысле такая конфигурация может быть удобной там, где важно аккуратно развести функции владения, управления и будущего распределения средств.

Кому может подойти такое решение? Прежде всего состоятельным клиентам и семьям, у которых есть несколько классов активов, задачи по преемственности, защите структуры и долгосрочному управлению капиталом. Комбинация компании, размещённой внутри PPLI, и самого PPLI, встроенного в трастовую архитектуру, в ряде случаев может давать более высокий уровень структурной защиты, более понятную логику преемственности и более аккуратное распределение ролей между участниками конструкции. Однако итоговый результат всегда зависит от юрисдикции, налогового статуса клиента, условий полиса, трастовой документации и состава базовых активов.

На практике такие связки могут рассматриваться, в том числе, в задачах pre-immigration планирования — например, когда клиент заранее готовится к переезду в США и хочет до смены налогового статуса выстроить более продуманную архитектуру владения активами, наследования и будущего распределения капитала. Но это всегда индивидуальная работа: универсального решения здесь нет.

Подробнее об этом: Структурирование активов для тех, кто собирается переезжать в США

Компания переменного капитала (VCC) - это корпоративная структура в Сингапуре, в рамках которой несколько схем коллективных инвестиций (как открытых, так и закрытых) могут быть объединены под зонтиком одного юридического лица и при этом оставаться огражденными друг от друга. Эта структура похожа на структуру открытой инвестиционной компании в Великобритании, а также на структуру защищенных ячеек или сегрегированных портфельных компаний в таких юрисдикциях, как Гернси или Каймановы острова.

Корпоративная структура дает фондам альтернативу паевым фондам, товариществам с ограниченной ответственностью и компаниям. Деятельность VCC регулируется собственным законом о компаниях с переменным капиталом 2018 года, который вступил в силу 14 января 2020 года. Фонды и субфонды VCC могут быть авторизованными схемами или схемами с ограниченным доступом. Паи в авторизованных схемах могут быть предложены публике, в то время как паи в ограниченных схемах могут быть предложены только институциональным и аккредитованным инвесторам. Валютное управление Сингапура (MAS) также запустило схему грантов VCC.

Такой вид структуризации также отлично "ладит" с PPLI полисом и может быть помещена внутрь него. На баланс такой компании можно легко разместить любые виды активов, а чтобы минимизировать или совсем убрать недостатки структурирования через VCC, ее можно поместить внутрь полиса PPLI, получив все те преимущества, которые к этому моменту вы уже и так отлично знаете.

Давайте вернемся к одному из главных способов преувеличения своего благосостояния – инвестиции. Как вы уже теперь знаете, в основе PPLI структуры может лежать брокер. Он будет вашим инструментом для инвестирования, а также вашим депозитарием. И тут читатель спросит нас: зачем нам инвестировать изнутри страховой оболочки? Чтобы узнать, нужно ли вам инвестировать через брокера, помещенного внутрь трастовой структуры, нужно ответить на ряд вопросов самим себе.

Каждый может представить свой брокер, через которого он инвестирует, но конкретно в этом материале для примера мы возьмем популярный Interactive Brokers*.

Итак, мы начнем с самого важного вопроса, ответ на который сразу определяет дальнейший выбор.

Вопрос 1: насколько критичным для вас является то, что в случае вашего внезапного ухода из жизни, вашей семье не отдадут ваш портфель по наследству, пока она не заплатить налог на портфель в размере от 18% до 40%?

Любые риски связанные с триггерными событиями могут реализоваться вне зависимости от того хочет этого человек или нет. Любой из нас мог вчера не вернуться домой. Вот почему наука финансовое планирование строго регламентирует порядок действий при настройке вашей финансовой экосистемы:

1) сначала убираем/минимизируем неконтролируемые финансовые риски, а затем –

2) выстраиваем стратегию приумножения активов.

Нерезидент США (это те люди, которые не имеют грин карту или паспорт США), который напрямую владеет IB портфелем, попадает под налог на наследство США. Для нерезидентов, не являющихся гражданами США, обязанность подачи Form 706-NA обычно возникает при стоимости U.S.-situated assets свыше $60,000 (конкретный результат зависит от состава портфеля, структуры владения и наличия применимого налогового соглашения.

Поэтому, если ваш портфель менее $60.000 – у вас нет проблем. Но если более, вы должны знать, что согласно прогрессивной шкале, указанной на иллюстрации ниже, вы заплатите налог на сумму превышающую порог в $60.000.

Так, к примеру если ваш портфель в IB имеет активов на $1 млн., то вашим близким придется заплатить 39% от суммы $940.000, так как $60.000 будут вычтены в виде налоговой льготы для нерезидентов. Если портфель будет $1.060 млн. и выше, то налог на наследство всегда будет 40%.

Это означает, что $940.000x39%=$366.000 нужно будет сначала заплатить, а только потом наследникам будет передан портфель на $1 млн.

Да, вот такие невеселые новости. И не важно где вы живете, в Нидерландах или Омске, Испании или Саратове. Более того, ситуация настолько плохая, что мы написали статью "Налоговый кейс Interactive Brokers" где буквально кричим об этом.

Суть решения такой проблемы заключается в том, чтобы уйти от прямого владения брокерским счетом. Умные люди 100 лет назад придумали владение денежными и неденежными активами через полис. Говоря о сегодня, вы открываете контракт, а внутри него помещаете брокера. При этом вы становитесь владельцем полиса, а активами внутри формально владеет страховая компания. Все очень просто. Но далее мы разберем еще несколько аспектов прямого/непрямого владений.

Зная масштаб бедствия описываемой проблемы, мы в нашей команде считаем, что если человек на первый вопрос отвечает "Да, мне это критично и я не хотел бы, чтобы моя семья с таким столкнулась", то прочие доводы в пользу непрямого инвестирования можно даже уже не читать и предпринять оперативные действия по открытию брокерского счета IB или Exante внутри страхового контракта. Тем не менее ответы на следующие вопросы только подкрепят вашу позицию.

Вопрос 2: Вам важно свести к минимуму риск закрытия вашего счета?

Проблема заключается в том, что даже если у вас не проблемное резидентство/паспорт, то брокер все равно в любой момент может попросить "на выход" владельца счета и закрыть его. Так могут поступить любые крупные финансовые организации: брокеры, банки, если им вдруг что-то не понравится. А если вы сегодня находитесь в ситуации, связанной с резидентскими рисками, вы должны понимать, что "завтра" вам могут закрыть счет с еще более высокой вероятностью.

А вот если вы работаете через страховую "прослойку", то:

• Счет у брокера, открытого внутри полиса - сложно закрыть;
• Полис, открытый в страховой компании - сложно закрыть под давлением регулятора или санкций;
• Компания, взявшая клиента не страхование - не может от него отказаться, какие бы внешние обстоятельства в мире не произошли и чтобы не случилось в жизни застрахованного на следующий день.

Почему? Потому что нет никакого Ивана Иванова, Джека Рассела или Джона Коннора: активами у брокера "владеет" страховая компания. Это "ее" активы и заблокировать их со стороны финансовых регуляторов довольно тяжело. И на уровне владения активами не фигурирует ни паспорт ни резидентство, потому что брокер открывает счет для страховой компании.

Если вы и на этот вопрос ответили "Да", тогда почему мы еще "тратим время" на чтение этого материала? А мы знаем почему: потому что это не "трата" времени, а просвещение. И все таки хочется узнать, какие опции можно получить еще.

Вопрос 3: Вы бизнесмен, владелец серьезных денежных фондов. Вам важно обеспечить гарантии их неприкосновенности в случае претензий со стороны 3‑х лиц?

Принцип защиты активов строится на том же ките "непрямое владение", описанном выше: после передачи активов в полис, они больше "не ваши". А то, что вам "не принадлежит" - сложно отнять. Вот почему состоятельные люди по всему миру считают стратегически важным, как можно бОльшую часть своих активов перевести в трастовые и страховые структуры, потому что после этого происходит важный водораздел: арестовать, заблокировать по решению суда (или кого угодно) эти активы будет уже крайне тяжело.

В большинстве юрисдикций полисы страховых компаний не участвуют при разделе имущества между супругами и не являются частью наследственной массы. Бизнес, недвижимость и прочие активы внутри такой структуры не могут быть арестованы, при этом они остаются в зоне контроля держателя полиса. Что очень важно для подавляющего большинства людей.

Один из важных компромиссов при использовании PPLI связан с управлением инвестициями. Такой полис не стоит воспринимать как обычный брокерский счёт, внутри которого владелец может свободно покупать и продавать любые бумаги по своему усмотрению. В подавляющем большинстве международных структур PPLI прямое инвестиционное управление со стороны клиента ограничено.

Причина в том, что PPLI — это не просто инвестиционный счёт, а страховой договор со своей правовой и налоговой архитектурой. Если владелец полиса получает слишком широкий и прямой контроль над инвестиционными решениями, это может создавать риски для налогового режима и самой конструкции полиса. Поэтому на практике инвестиционное управление обычно выстраивается через отдельную управляющую компанию или лицензированного инвестицинного советника, который действует в рамках согласованного мандата и инвестиционной политики.

Это означает, что клиент обычно не даёт разовые торговые поручения напрямую, как в обычном брокере. Вместо этого он согласует с управляющей компанией стратегию, риск-профиль, допустимые классы активов, ограничения по концентрации, ликвидности и юрисдикциям, а уже реализация стратегии происходит через профессионального управляющего внутри допустимой структуры полиса.

В некоторых случаях уровень гибкости может быть выше. Например, в отдельных PPLI-решениях для налоговых резидентов США допустимы модели, где инвестиции осуществляются через заранее одобренные страховой компанией фонды или insurance-dedicated funds. В такой конструкции у клиента может быть больше выбора между инвестиционными стратегиями, но и здесь речь обычно идёт не о полном прямом управлении каждым активом, а о выборе среди заранее допустимых инвестиционных опций в рамках правил конкретного полиса.

Если же клиенту нужен более широкий инвестиционный инструментарий, доступ к индивидуальной стратегии, нестандартным классам активов или более тонкая настройка портфеля, это чаще решается через управляющую компанию. Такая модель обычно сложнее и дороже, чем стандартный набор фондов внутри полиса, но она даёт значительно больше возможностей по построению индивидуальной инвестиционной архитектуры.

Поэтому PPLI всегда предполагает определённый баланс:

• С одной стороны, страховая оболочка может давать преимущества с точки зрения структурирования активов, наследственного планирования, конфиденциальности и в ряде случаев налоговой эффективности;
• С другой стороны, за эти преимущества клиент обычно платит более сложной инфраструктурой и меньшей свободой прямого управления инвестициями по сравнению с обычным брокерским счётом.

Именно поэтому при выборе PPLI важно заранее понять, насколько для семьи критичны инвестиционная гибкость, скорость принятия решений и готовность работать через профессионального управляющего. Идеального инструмента не существует. Всегда есть ограничения или компромиссы, в зависимости от того, под каким углом мы на это смотрите.

Как владелец полиса застрахованный вправе заводить и выводить средства из полиса, менять бенефициаров и других частников, отдавая соответствующие письменные распоряжения управляющей и страховой компаниям.

Подробнее об этом вы можете прочесть в главе "Риски и компромиссы" в статье про PPLI, о которой мы упоминали в самом начале этого материала "Коротко: главное".

Ещё один важный компромисс при использовании PPLI — это дополнительные расходы на саму структуру. По сравнению с прямым инвестированием через обычный брокерский счёт полисная модель почти всегда будет дороже. Обычно возникают как первоначальные расходы на запуск структуры, так и регулярные расходы на её администрирование.

Это нормально и ожидаемо. Вопрос здесь не в том, что PPLI дешевле прямого брокерского счёта. Как правило, это не так. Вопрос в другом: корректно ли вообще сравнивать эти варианты только по размеру комиссий. В большинстве случаев — нет, потому что они дают разный конечный результат и решают разный набор задач.

Обычный брокерский счёт в первую очередь даёт доступ к инвестициям и торговой инфраструктуре. PPLI — это более сложная правовая и страховая оболочка, в рамках которой клиент получает не только доступ к инвестиционному портфелю, но и дополнительный уровень структурирования. В зависимости от юрисдикции, договора и конфигурации структуры такая оболочка может включать в себя назначение бенефициаров, более предсказуемую передачу активов, отдельный порядок владения активами, взаимодействие со страховой компанией, депозитарием, кастодианом и управляющим, а также более устойчивую архитектуру на случай жизненных, наследственных, регуляторных или комплаенс-событий.

Именно за эту инфраструктуру и взимаются дополнительные комиссии. Обычно речь идёт о расходах на создание полиса, ежегодное администрирование, сопровождение структуры, работу кастодиана, управляющего и иных участников, если они задействованы в конкретной модели. Поэтому сравнение в стиле «у брокера комиссия ниже, значит он выгоднее» слишком упрощает вопрос.

Да, прямое инвестирование через крупного международного брокера может быть заметно дешевле с точки зрения торговых и операционных расходов. Но такая модель не всегда решает вопросы, ради которых вообще создаются более сложные структуры. Прямой брокерский счёт сам по себе обычно не даёт страховой оболочки, отдельного наследственного механизма, иной логики владения активами и тех дополнительных возможностей по структурированию, ради которых клиенты вообще рассматривают PPLI.

Именно поэтому сравнивать стоит не только комиссии, но и то, какой набор последствий возникает у каждой модели. Для одного клиента разница в расходах действительно может оказаться решающей, если его задача — просто инвестировать через недорогой счёт без дополнительной архитектуры. Для другого клиента важнее не минимальная комиссия, а то, как структура будет работать при наследовании, смене резидентства, претензиях третьих лиц, санкционных ограничениях, комплаенсе или иных неблагоприятных сценариях вроде внезапного закрытия счета.

Если клиент осознанно принимает риски прямого владения активами, готов к тому, что доступ к счёту и сама инвестиционная инфраструктура зависят от брокера, кастодиана, юрисдикции и применимых ограничений, и не видит для себя необходимости в более сложной оболочке, прямой брокерский счёт может быть рациональным решением. Но если задача шире, чем просто инвестиции, и включает вопросы передачи капитала, защиты структуры и долгосрочного семейного планирования, то более высокие расходы на PPLI нередко являются платой не за «дорогую упаковку», а за иной уровень организации активов.

Так, например, если вы не резидент США, то при прямом владении IB (и отсутствии нужных соглашений между вашей страной и США) если у вас в портфеле было $20 млн., семья в случае триггерного события отдаст налоговой службе США $8 млн. Если же инвестируете через полис, то налог в большинстве юрисдикций будет равен 0.

Поэтому компромисс здесь формулируется достаточно просто: PPLI обычно дороже в обслуживании, чем прямой брокерский счёт, но оценивать такую структуру только через призму комиссий было бы слишком узко. Корректнее сравнивать не только стоимость доступа к рынку, но и то, какие юридические, наследственные, страховые и структурные последствия получает клиент в каждой модели.

Все те клиенты, которые столкнулись с уплатой налога в адрес США, потому что их родственник оставил им колоссальное финансовое бремя говорят: "Разумеется лучше какое-то время было платить комиссию, чем оказаться в ситуации, в которой мы сейчас. Но мы этого не знали". Открытие брокера внутри полиса убирает эту проблему.

Все те клиенты, у кого активы оказались заблокированы в Евроклире причитают о том же и с той же интонацией, подытоживая: "Все, баста, теперь только непрямое владение".

Интересно, что большое и классное исследование от Penguin Analytics рассказало нам о том, что 35,56% основателей капитала готовы потерять от 10 до 50% своего состояния. Но зачем доводить ситуацию до такого отчаяния?

Важная мысль: открывая полис (так же как и траст, например), вы платите за спокойствие, сохранность активов и гарантированную преемственность. А такие ощущения вообще сложно оценить финансово.

Некоторые люди говорят: "хорошо, мы не против, будем разделять инвестпотоки - часть средств будем инвестировать напрямую через брокера, а часть через брокера внутри страховой. Ведь важно диверсифицировать".

Верно, важно, но в этом случае у вас всегда сохраняются те самые риски, о которых мы писали выше в отношение тех активов, которые не в полисе. И вы снова должны на них тогда согласиться. Диверсификация хорошая штука, когда она работает, а не применяется, чтобы просто существовать. Да, мы уже говорили выше, что жонглируем финансовыми решениями, но не для баловства или красоты, а только если это решает задачу.

PPLI не является универсальным решением. В некоторых случаях прямой брокерский счёт, траст, компания, фонд или другая структура могут быть проще, дешевле и рациональнее.

PPLI может не подойти, если:

• Размер активов недостаточен для покрытия расходов на создание и администрирование полиса;
• Клиенту нужна простая инвестиционная структура без наследственного и налогового планирования;
• Активы имеют неясное происхождение или не проходят комплаенс страховой компании и кастодиана;
• Налоговое резидентство клиента не даёт преимуществ при использовании страховой оболочки;
• Клиенту нужен полный прямой контроль над активами без ограничений инвестиционного мандата;
• Структура может быть признана искусственной или не соответствующей substance / anti-avoidance правилам. То есть если структура создана только «на бумаге», без реального делового смысла, без нормальной экономической логики и без фактического содержания, налоговые органы, суд, регулятор или банк могут сказать: мы не считаем эту конструкцию самостоятельной и полноценной, мы смотрим не на форму, а на суть;
• В стране клиента действуют специальные правила налогообложения страховых полисов, КИК, трастов или контролируемых инвестиционных структур.

Поэтому PPLI стоит рассматривать не как замену всем инструментам, а как один из возможных элементов международного финансового, наследственного и налогового планирования. Применимость PPLI (или любого другого решения) определяется только после индивидуального разбора ситуации клиента.

• Если вам интересна эта тема глубже, отдельно можно посмотреть наш подробный материал о современных стратегиях управления состоянием для HNWI: от накопления капитала до передачи наследия, включая вопросы защиты активов, преемственности бизнеса, страховых решений и трастовых инструментов.

Подписывайтесь на наш телеграм канал, чтобы получать актуальную информацию по теме финансового планирования.